Марина Ермилова. Декоративный эффект будущего от Michael Amini

Марина Ермилова, основательница бренда ESTEEMA – официального представителя Amini Innovation Corporation в Украине, – в эксклюзивном интервью рассказала об уникальных технологиях получения древесины с необычным декоративным эффектом, которая используется при создании мебели легендарного американского бренда Michael Amini

ID.: Марина, расскажите о новых технологиях получения древесины с необычными декоративными эффектами, которые применяет в своих коллекциях Майкл Амини.

М. Е.: В последнее время декоративные методы обработки материалов достигли такого уровня, что потребителя удивить сложно. Мы привыкли к разнообразным футуристическим формам и для нас не имеет большого значение их эргономичность. Сегодня дизайнеры стремятся удивить клиента не формой, а чем-то новым. Например, современными технологии и искусственными материалами. Хочу сделать акцент на слове «искусственные». Многие производители используют различные напыления на пластик, обрезки тканей или кожи, называя это новым видом покрытия: велюром или особым видом кожи. При этом материал называют терминами, которые имитируют его якобы природное происхождение. И речь не идет о конструктивных или ортопедических свойствах такой мебели: на проработку их нет времени. Ведь необходимо успеть создать новую модель от выставки до выставки. На фоне столь специфического потребительского спроса и дизайнерской «анархии», у нас возникло желание показать всю красоту естественного дерева или камня.

Расскажу, над чем работал последние полтора года Майкл Амини. На фоне погони за эффектным креативом он придумал, разработал и запатентовал новую технологию получения древесины с необычными декоративными качествами, сохранив при этом истинную натуральность дерева! Так, Michael Amini, как крупный производитель, выкупает или резервирует участки лесов на разных континентах, где подбирает сорта деревьев как в качестве отделочного материала, так и для создания коллекций. В свое время он обратил внимание на махагони, (мы еще называем его красным деревом), на его огромных размеров ствол, который используется в производстве мебели последние 800 лет. И ничего другого с этим деревом не сделать, ведь красить махогони под орех или морить его под темный дуб – величайшая глупость. Дерево ценно янтарным блеском, маслянистой поверхностью неповторимым благородным цветом.

ID.: Расскажите детальнее о процессе трансформации древесины.

М.Е.: Майкл Амини резервирует махагони, а также большие эвкалипты, и выкупает их еще живыми деревьями. Затем в основание корня растущего дерева мастера вводят специальную жидкость, запатентованную компанией Michael Amini. Таких инъекций требуется несколько, после чего дерево еще несколько лет растет, но в нем уже происходят химические процессы. Вступая в реакцию с живыми соками дерева, жидкость, которая введена в качестве инъекции, меняет цвет этого дерева, распространяясь по волокнам равномерно. Майкл Амини обязательно дожидается, пока и центральный ствол, и все боковые кольца последних лет как наиболее рыхлые ткани станут однотонными, приобретут тот же цвет, что и сердцевина. В итоге — декоративный эффект совершенно необыкновенный. Мы получаем древесину пепельно-розового цвета, с повышенной плотностью структуры — за счет того, что в последние годы жизни дерева в нем начинается реакция кальцинизации. Так, его волокна, которые могут быть мягкими или в них есть какие-то поры, с помощью кальция становятся более жесткими, камнеподобными. Поэтому дерево не только приобретает новый цвет, а и новую структуру, за счет чего возможно получать совершенно уникальные декоративные эффекты.

ID.: В каких коллекциях Майкл Амини применяет эти технологии?

М. Е.: В качестве испытательного полигона для этой технологии Майкл выбрал группу коллекций, которая выполнена в стиле неоклассики. Она называется Living и рассказывает об излюбленных местах дизайнера. Это Париж, Лондон, а также колоритные городки Испании. Также одну из таких коллекций он запустил пару лет назад. В ней использовали такую технологию, которую Майкл назвал Predied Mahogany, что в дословном переводе означает «предсмертный», или «подготовленный к срезанию махагони».
Одна из коллекций была представлена в 2018 году в январе в Лас-Вегасе, а чуть позже две с успехом презентованы в апреле на Всемирной выставке High Point Market. Как и положено настоящему мастеру, Майкл не переставал совершенствовать свои творения – что-то убрал, что-то переделал, а от одной коллекции вообще полностью отказался. В результате чего мы пришли к некой совершенно роскошной неоклассической работе, которую он назвал Villa Cherie.

Это утонченная классика с элементами неоготики, которая подчеркивает несколько викторианский стиль только за счет того, что декоративным платиновым прутком выкладываются лепестки и конические заостренные акцентные детали, которые оборачивают ножки столиков и стульев. Больше никаких украшений нет, потому что древесина имеет настолько необычайный цвет и фактуру, что уже сама по себе является произведением искусства. Мы с вами рассматриваем и ничем не закрываем столики из драгоценного мрамора с дорогим рисунком, или изделия из опала, где особенно интересна текстура камня. Точно так же и в этих изделиях, где применяется Predied Mahogany. Древесина настолько красива, ее срез образует рисунок раскрытой розы, и Майкл, в свою очередь, срезает ее как винир, слоями по 5–7 мм, и раскрывает не поперек ствола, а вдоль волокон. Дизайнер не скрывает, что это сложенные друг за другом плашки винира, и в любой такой выкладке материала нам остается только любоваться тем, как красиво природа… готовится к смерти. Что полностью отвечает идее ар-деко – увядание и красота этого процесса, эдакое декадентство. Но мы не думаем о нем, когда видим такую красивую древесину и понимаем самое главное – что это не выкрашенное дерево , не смесь каких-то пигментов, не покрытая снаружи доска. И распилив ее, мы увидим нежно-розово-пепельный цвет, который будет на всей толщине этого листа. Это необычайный эффект, который доступен сейчас только одному производителю, изобретателю, человеку с необычайной фантазией и вкусом – Майклу Амини.

ID.: Вы говорили, что такая технология применяется и к эвкалипту. Расскажите, пожалуйста, подробнее.

М. Е. : Да, ту же технологию Майкл применил и к эвкалипту, где вместо его привычного серебристо-бледного оттенка мы имеем древесину пепельного цвета, но с бархатными нотками, такой себе серый мышастый бархат. Настолько же интересны переливы самой древесины в целом изделии. Майкл достигает этого эффекта с помощью виниров, то есть срезает древесину по кругу, что и было использовано в коллекции Camden Court. В ней роскошная фактура дерева воспринимается визуально как натянутый шелк или муар. Корпусы тумбочек и сайдбордов, шикарные изогнутые пластины кресла, форма которого — словно ладонь, поддерживающая мягкую спинку и сиденье; — эти изделия представлены вот в такой муаровой «обивке», что на самом деле является predied эвкалиптом. Это совершенно новый подход к формированию сырья, и использование заранее изученного природного феномена, который показывает, как природа может приспособиться к необычным условиям. Маэстро Амини проводит настоящие исследования, для того чтобы показать красоту такого природного материала, как дерево, с необычной стороны. Мы видим использование такого материала не только в классических коллекциях компании Michael Amini, но и в современных.

ID.: Какие еще необычные технологии применяет Майкл Амини при создании своих творений?

М. Е.: Майкл Амини нашел применение еще одного дефекта у деревьев, так называемого birds eye. Это такие себе «глазкИ» в массиве дерева, в данном случае канадского клена, пораженного определенными бактериями. В коллекции London Place была использована эта древесина цвета белого шампанского. У нее чрезвычайно шелковистая поверхность, так как волокна древесины крайне истончены и образуют собой сплошное полотно.
Раньше такое дерево из-за его дороговизны использовалось только в отделочных деталях, а сейчас с помощью инъекций удалось достигнуть нового декоративного эффекта материала. И это ни в коем случае не насилие над природой. Тут мы показываем поверхность исключительного качества в ее натуральном виде, который совершенно непривычен для потребителя. Такого никогда не видел ни один дизайнер или краснодеревщик – это то, что дает нам природа в необычных стрессовых условиях, и что нам удается законсервировать во времени. Я считаю, что это абсолютно новый подход к тому, что мы считаем декоративным. Мы не разрисовываем что-то, не выдумываем нежизнеспособных форм, а провоцируем природный материал на проявление собственных новых возможностей, чтобы принести потребителям утонченные впечатления.

Опубликовано в журнале №12 (107) декабрь 2019 — январь 2020

Метки: , , , , , , , , , , ,

Похожие

Предыдущий пост Следующий пост

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Будь в курсе всех событий

Подпишись на наши обновления!